eng
 
km.ru

Более герметичную группу, чем магаданский Восточный синдром, представить сложно. Даже в советское время, когда стадионы собирали даже сугубо нишевые проекты, эти музыканты звёзд с неба не хватали. Впечатления от первого альбома «Студия 13» оказались омрачены попаданием в «дурку» первого вокалиста ВС Андрея Неустроева, вторую пластинку «С ключами на носу» так и не удалось пробить на «Мелодии», а третья - «Клуб местной промышленности» - вообще не вышла, хотя и была записана.

На этом существование Восточного синдрома фактически и завершилось. А теперь его уже не возродишь, при всём желании, из-за смерти лидера Константина Битюкова и других участников. В строю остался лишь гитарист Александр Пономарёв, одно время игравший в Алисе и внесший весомый вклад в саунд альбома «Дурень « (1997).

Теперь «Клуб местной промышленности» издан лейблом «Геометрия». Запись реставрировалась, поэтому звучание на высоте. При этом, слушая первую песню «Космонавт», трудно избавиться от ощущения нафталина. Побрякивающие где-то на периферии гитары, пронзительный саксофон, рыхлый бас, монотонный вокал Битюкова — вся эта архаичная новая волна давно уже не актуальна. Но в середине песня вдруг начинает играть новыми красками и раскрывается, словно бутон дивного цветка.

Из прочих удач альбома стоит выделить антифеминистическую «Куклу», герой которой вынужден прогнуться под женщину, чтобы ей угодить, сновидческий «Реквием незнакомцу» и неторопливую лирическую «Гетто над Влтавой» с клавишами Константина Шумайлова (Телевизор, ДДТ).

На вопрос, почему музыка Восточного синдрома не дошла до масс, сегодня можно дать однозначный ответ. Сюрреалистические фантазии Битюкова и К с трудом поддаются расшифровке, причем это касается как музыкального, так и вербального компонента. Не сыграла на руку группе и её вопиющая асоциальность. Несмотря на упоминания Мордора как символа униженной России и скользящих мимо «правительств», музыканты так и не смогли (или не захотели) сформулировать причины и суть своего недовольства миром. В их песнях не было чёткого деления на «мы» и «они» ни в контркультурном, ни в субкультурном смысле. Наверное, участников команды всё устраивало и так, ведь если бы в башню из слоновой кости набилась бы целая орава, то сооружение попросту перестало бы выполнять свое предназначение.

Денис СТУПНИКОВ
km.ru, 24 июня 2017 года